Есть ли место чуду в состоянии травмы?

Травма и чудо – слова родственные?

03-10-2022 Стрессооборона. Украинский рецепт

Говоря о травме, мы подразумеваем такого рода события, которые потрясают настолько необратимым образом, что наша психика, наш мозг не успевают адекватно отреагировать и начинают болезненно перестраиваться, пытаясь совладать с силой удара и порождая какие-то иллюзорные конструкции.

Можно было бы считать травму с ее болезненностью проблемой только психиатрической, если бы не одно «но»: по-гречески слово «травма» (в переводе «рана») очень напоминает слово «таума» – чудо (тауматургия – чудотворение – древнегреческое искусство магии и чудес). И это очень важно, потому что во многих языках слова «чудо» и «рана» похожи, например, в английском языке «рана» wound сближается с «чудесный» wonder. Если мы говорим о чудесах, то речь идет о двух типах:

чудеса, для восприятия которых ничего не нужно: слон, идущий по улице в джинсах, нас всех удивит, и это будет чудо, но не настоящее;
чудеса, которые могут быть восприняты только в том случае, если мы готовы к ране, – настоящие чудеса.

Во многих традициях, если не во всех, есть представления о счастливой ране или счастливой травме – такого рода открытости, которая позволяет воспринимать чудо, воспринимать трансформирующие события.

Мне кажется, основной парадокс разговора о травме заключается именно в том, что, с одной стороны, – это всегда нечто болезненное, необратимое, что-то, чего следует избегать; а с другой – все проявления красоты, божественного, священного в нашей жизни по своей динамике очень напоминают динамику травмы, они все связаны с раной. И если мы говорим о «счастливых» ранах, я бы свел это к одному тезису: самое тяжелое последствие травмы – утрата человеком способности верить в чудо, закрытие для себя доступа к преобразованию пережитого в положительный опыт, в положительные смыслы, в те события, которые приносят в нашу жизнь осмысленность и новое дыхание.

Поэтому для меня разговор о травме – это не о том, как стать неуязвимым, защищенным, создать пространство безопасности, в котором меня не настигнет ничего из того, что происходит вовне. Это, скорее, обратная задача: как вернуть человеку доверие к жизни, как помочь ему пережить опыт трансформации и вернуть способность быть счастливым.

Это очень древняя проблематика, ее проработку, попытки осмыслить мы находим уже в античной философии, у Платона и Аристотеля, а дальше она красной нитью проходит по всей европейской цивилизации.

Статья подготовлена в рамках проекта «Стресооборона: украинский рецепт» по материалам онлайн-разговора Сергея Роголя и Александра Филоненко

Подписывайтесь на наш Instagram и не пропускайте самые полезные материалы от Beauty HUB!